Корреспондент: Светлана Ивановна, когда только начались репетиции «Старомодной комедии», быстро ли вы смогли войти в этот материал?

Светлана Сыряная: Знаете, у Иосифа Петровича, как я наблюдала, как я понимаю, была такая интуиция, он с двух слов, прочитанных за столом, ну или предложений уже ощущал вот эту ткань драматургии и образа. Он уже представлял этот образ. Просто улавливал верную интонацию еще с читки текста — это профессионализм. Я не могу сказать, что легко, но с удовольствием мы работали. Как же, точнее, это обозначить «играючи», что ли? Импровизационно в большей степени подходили. Арбузов писал совершенно на другие индивидуальности, что, собственно, подтверждается и историей постановок этого спектакля. Там всегда были такие изящные героини и основательные герои - любовники, такие статные мужчины. А мы с Иосей никак не подходили под этот расклад, и поэтому у нас вот такая «игровая», что называется, история. На репетициях немножко "играли" мы в эти образы, понимаете? А потом уже мы поняли, что, в принципе, любой индивидуальности человек может быть, вот в этой ситуации, абсолютно для этого не нужно быть, допустим, акробаткой или певицей. И Борис Владимирович Ярыш (режиссер спектакля) понял это и навстречу пошёл и сам в это включился. Наверное, он так и задумал эти роли, поэтому и жизнь особенно была у спектакля. Я сужу по тому, как нас принимала публика, например, или Иосифа Петровича, в данном случае. Я понимала, что мы все-таки достигли своего результата. И мы с удовольствием продолжили бы, но что делать, жизнь распорядилась таким образом.

Корреспондент: Это история любви. Вам удалось приблизится к этому чувству?

Светлана Сыряная: Удалось влюбиться! Ну, как… нужно влюбиться! Все равно актриса должна раскачать это чувство, иначе не будет роли.

Корреспондент: Как это получилось? Вы же знали человека много лет, вы с ним часто работали, как в себе вызвать чувства?

Светлана Сыряная: Это любовь другого свойства, понимаете? Во-первых, это любовь людей уже, ну, как сказать, завершающих свою жизнь, это имеет значение. Это чувство тепла, опоры, плеча. Это уважение, восхищение.

Корреспондент: Это высшая степень?

Светлана Сыряная: Да. Уровень невозможности и отчаяния. Невозможности испытать то, что могли бы, если б встретились раньше. А у этих героев уже пройдена огромная жизнь. Тем более в тексте, говорится о том, что она ещё любила своего мужа, а он помнит и любит свою жену. Понимаете, через что они переступают? И какая необходимость друг в друге, потому что в преклонном возрасте это очень важно, это подарок судьбы. И вот, через эти сложности, даже сначала через конфликт, вот с этого игрового момента, даже циркового в какой-то степени, понимаешь, как двигаешься к серьёзу, к глубине. В общем, это трагическая ситуация, потому что все приходит к концу. Я очень благодарна Иосифу Петровичу за это партнёрство очень, потому что он был такой нежный, внимательный. Такой кавалер на сцене! Он предугадывал, что я в данный момент сделаю. Он не солировал. Такой дуэт создавался. И мы вообще, я надеюсь, друг другу благодарны за этот спектакль, мы очень его любили.

Корреспондент: И зал всегда был полный.

Светлана Сыряная: Да. Зрители "включались", независимо от того молодые они или пожилые. Принимали спектакль несмотря на то, что в общем, это сложная такая история текстовая. Современные люди очень короткими фразами живут, короткими впечатлениями. А тут нужно вот такие большие монологи слушать, но они включались. И, это было, конечно, видно, и мы с наслаждением все это делали. Если говорить про любовь, которая возникает на сцене, скажу, что все равно она оставляет какой-то шлейф общения уже не на сцене у людей.